Выпуск 21 от 21-Nov-11
Выпуск 20 от 24-Oct-11
Выпуск 19 от 30-Sep-11
Выпуск 18 от 16-Sep-11
Выпуск 17 от 02-Sep-11
Выпуск 16 от 05-Aug-11
Выпуск 15 от 25-Jun-11
Выпуск 14 от 11-Jun-11
Выпуск 13 от 27-May-11
Выпуск 12 от 06-May-11
Выпуск 11 от 15-Apr-11
Выпуск 10 от 09-Apr-11
Выпуск 09 от 25-Mar-11
Выпуск 08 от 12-Mar-11
Выпуск 07 от 05-Mar-11
Выпуск 06 от 25-Feb-11
Выпуск 05 от 19-Feb-11
Выпуск 04 от 12-Feb-11
Выпуск 03 от 28-Jan-11
Выпуск 02 от 21-Jan-11
Выпуск 01 от 14-Jan-11

Наш хостинг Rambler's Top100
Rambler's Top100


 

Магические книги

Хроники Белого алмаза. Книга 1 Вайерон. Часть 1 Вождь (15)

начало тут

Уличный певец перебирает струны гитары:
Прекрасен город Аргарон,
Невесомы его замки,
Красивы его дни...

Он сидит у полупрозрачного столба, поддерживающего сразу шесть арок на пересечении торговых галерей. Мимо течет поток людей, отражающихся в бесчисленных зеркалах.
Прекрасен город Аргарон,
Жизнь здесь легка и беззаботна.

Золотая монетка падает в старую миску у его ног. Двое, юноша и девушка, странно похожие друг на друга. Брат и сестра? Но почему она кажется такой усталой в этом беззаботном мире?
- Пожелай нам счастья, музыкант, пожелай счастливого пути.
- Спасибо вам и будьте счастливы. Я спою вам древнюю песню о дороге, - рука его сдвинулась ниже по грифу гитары, тонкие, протяжные звуки полились над потоком людей:
Говорят, их было четверо,
Мчавшихся по забытым путям.
Пылающие ленты миров
Дрожали под их копытами.

Он поднимает голову, вспоминая следующий куплет. В глазах девушки стоят слезы.
Откуда в сердцах боли людские
На пути, переплетенном смертями?
Если впереди у огней вечность,
Кому и зачем вы приносите клятвы?

Она плачет, уже не скрываясь, юноша обнимает ее за плечи:
- Что случилось? Ты что-то вспомнила?
- Да. Я слышала похожую песню. Тина говорила мне о ней. Девятнадцать дней назад, перед твоим рождением. Спасибо тебе, музыкант, - наклонилась она к певцу.
- За что? Я опечалил тебя.
- Ты напомнил мне светлые дни. Идем, малыш, - обернулась она к юноше и бросила через плечо певцу: - Прощай, музыкант.
- Прощай, - тихо ответил он, и его тонкие пальцы вновь пробежали по струнам:
Не плачь, девушка в белом платке,
Еще к нам вернутся светлые дни.
Серебристые листья дороги устлали,
По которым уйдет твоя печаль [1].

Печальная девушка уходит все дальше, увлекая за собой своего спутника. Большая полупрозрачная шаль, укутывающая ее тонкие плечи, белесым пятном выделяется на фоне темной толпы. «Странные они, - подумал певец, вынимая из миски золотую монету. – Он такой молодой, а от нее будто веет ходом времени. И откуда мне в голову пришла эта песня о белом платке? Счастливы миры, где много золота. Эта монета поможет мне на Земле».

- Мам, ну что ты так расстроилась? - спрашивал юноша у своей спутницы с тонкой белой шалью на плечах.
- Ты же знаешь, какое несчастье случилось с моей подругой. Я очень переживаю за Тину, и твой отец тоже. Какие красивые цветы подарил он мне вчера! – сквозь слезы улыбнулась женщина.
- Ма-ма, - строго посмотрел на нее юноша, - вчера ты весь день была дома, с нами.
- Малыш, ты опять забыл о разнице во времени. Чему я только учила тебя семнадцать лет!
Жилые кварталы расступились, открывая их взглядам ярко-белые, залитые полуденным солнцем развалины древнего города. Когда-то здесь шумела рыночная площадь, шествовали длинные процессии рекоров – полумонахов-полурабов, на треугольных плитах перед храмами полыхал жертвенный огонь. Теперь выжженные солнцем развалины превратились в развлечение для туристов, неторопливо расхаживающих между поверженными колоннами и замирающих в восторге то перед искусным рельефом со смеющейся женской головкой, то перед покрытой нечитаемыми письменами каменной плитой.
Сегодня, однако, туристов было немного. Сунув монету смотрителю развалин, Анна (а это была она) снова взяла сына за руку и уверенно углубилась в путаницу древних улиц.
- Ма, ну куда ты меня тащишь? Я тут был уже раз пять!
- Шестой не помешает, - быстро оглянувшись, женщина скользнула под веревку с табличкой «Дом книжника. Вторая эпоха», повела юношу в глубину трехкомнатного строения, каменные стены которого чудом сохранились до высоты второго этажа.
- На прошлой неделе я просила тебя разобраться со всеми имеющимися привязанностями, - голос женщины стал сух и спокоен. – Это сделано?
- Ну... почти, - юноша постарался не отводить глаза. Он не понимал, почему мать так настаивает на выполнении этого требования, и потому на пару тяжелых разговоров все-таки не решился. – Но чего ради...
- Ты расстаешься с Атуром. Детство кончилось, Ярослав. На ближайшие несколько месяцев ты ученик школ племени, у тебя нет мира, нет имени и нет лица, - она сдернула с плеч свой полупрозрачный платок, набросила его юноше на голову. – Не снимай его, даже если прикажет араира или вождь. Идем.
- Сейчас? – ужаснулся юноша.
В голове пронеслись странные рассказы матери, в которые он так верил в детстве, а в последние годы считал безобидными фантазиями, все планы на ближайшие годы, отложенные на завтра разговоры. Боги, пусть все это окажется только очередным чудачеством матери. А если... если он сейчас скажет «нет»?
- Сестру я приведу через десять дней, присмотри за ней в Школах, - мать даже не думала спрашивать его согласия.
Придерживая за плечо, она подвела сына к выходу из древнего дома. Сейчас его увидят с этим идиотским платком на голове...
Но туристов на улице не было. Собственно, не было и самой улицы: вместо развалин за порогом расстилалось зеленое нечто – сквозь платок было видно только расплывчатое темное пятно, словно густые лианы за несколько минут заплели изъеденную временем арку. Мать толкнула его вперед, в эту зеленую темноту. Вокруг что-то колыхнулось, ветер рванул белый платок, и юноша чуть не упал, споткнувшись о древесный корень.
Древесный корень? Ярослав изумленно огляделся: их окружал лес, стволы деревьев возносились на высоту нескольких этажей, поддерживая темные кроны из плотно переплетенных ветвей. Ни подлеска, ни трав - только непритязательный мох зеленел в редких пятнах солнечного света у подножия лесных гигантов.
- Нас встретят на краю леса. Ты должен привыкнуть к миру, прежде чем с кем-либо говорить.
- Да, мама, - смиренно прошептал он, благодарный за передышку, которую ему дала мать, чтобы он мог оправиться от шока. – Я не верил, что все это существует. Удобнее жить в неизменном мире.
- Мир меняется. И против нашей воли и по нашему желанию. Мамой меня пока называть не стоит, мое официальное имя ра-Нна, и, если ты помнишь, я младшая араира черного племени. Ну, нас ждут.
Древний лес оборвался внезапно, длинные языки его уходили куда-то влево, к горам, а перед путниками расстилался луг, встретивший их ярким разнотравьем и радостным гомоном птиц, каких – юноша не разглядел сквозь белую пелену, укрывавшую его голову. В высокой траве бродили расседланные лошади, наслаждавшиеся кратковременной свободой, а у самой кромки леса сидели четверо: два молодых парня, темноволосая девушка и женщина средних лет.
Анна ускорила шаги, надеясь напугать друзей своим внезапным появлением, но ее уже заметили, бросились навстречу. Первым подбежал Стас. Анна повисла у него на шее, закружила... Он подхватил ее на руки, целовал глаза, лоб. Женщина отбивалась:
- Стас, поставь меня на землю! Ты уже не мальчишка, у тебя взрослый сын.
Араира, наконец, отпустил ее, подошел к юноше, протянул ему руку:
- Ну, здравствуй, парень! Мать, разумеется, укутала тебя с ног до головы. Ничего, терпи, воином будешь. Как думаешь, Сегм?
- Да будет, куда он денется, - вениз улыбнулся смущенному молодому. - Жаль, Вел не смог приехать. Он просил передать привет и пожелать удачи. Мы присоединяемся, - он обнял за плечи подошедшую Савку.
- А где он? – спросила Анна.
- Тина услала его куда-то на границу. Уж зачем – не знаю, - поморщился Сегорм. – Я никогда не одобрял их заигрывание со временем.
- Как она себя чувствует?
- Ей легче. Она хочет тебя видеть. И его тоже, - предводительница кивнула на сына Анны.
- Меня? Меня хочет видеть веда? – воскликнул удивленный юноша.
Саски рассмеялись, даже стоявшая чуть в стороне Люас не сдержала улыбку. Она уже и забыла, какими наивными могут быть настоящие молодые. Вон тот же Стас, выглядящий максимум лет на двадцать, давно уже не тот сумасбродный юнец, что спорил с ней на уроках литературы.
- Сразу видно, что тебя учили повиновению закону, - смеялся Сегорм, - и уважению к старшим. Юноша, мы все немногим старше тебя и нам присущи все сумасбродства юности.
Анна улыбнулась сыну:
- Малыш, ты еще не догадался, с кем говоришь? Это же Сегорм, брат вождя, предводительница Савэйла – его супруга, а это, - она ткнула Стаса в бок, - это твой отец.
Юноша открыл рот от удивления, и лишь белый материнский платок спас его от новых насмешек. Савэйла взяла перепуганного молодого за руку:
- Идем. Они готовы веселиться до ночи. Анюта, не забудь, тебя ждет веда.
- Сейчас буду! – донесся из-за пригорка голос молодой араиры.
Минут через пять она подлетела к ним на высокой серой лошади, резко осадила ее, подняв на дыбы. Савка смерила подругу строгим взглядом:
- Неудобно при молодом человеке, а то я бы тебе сказала...
- Ладно, ладно, пока больше не буду. Сейчас слезаю, - ответила Анна, однако не спешилась, а тихо поехала рядом. – Эх, Савэ, если бы ты знала, как я соскучилась!
- За три часа?
- За три месяца, не забывай, - она погрозила подруге концом повода. – Тинатан правда хочет нас видеть?

- Идите, - Савэйла тихонько приоткрыла дверь.
Анна быстро скользнула в образовавшуюся щель, юноша последовал за ней, хотя с меньшим проворством. В комнате стояла полутьма, воздух был наполнен тонким ароматом цветов и исходившим от стен мягким золотистым сиянием.
В центре комнаты стояла высокая кровать, на которой совершенно неподвижно лежала раненая. В изножьи кровати сидела темноволосая девушка такой красоты, каких окончательно смутившийся Ярослав никогда не встречал на Атуре. Тихо, словно боясь причинить боль неосторожной фразой, она обратилась к веде:
- Мама, они пришли.
Юноша вздрогнул при звуках ее мягкого голоса, и он уже был готов признать незнакомку самой прекрасной девушкой во всем свете, но тут еще более красивый голос зазвучал в полутемной комнате:
- Спасибо, Наташенька. А теперь оставь нас. Анюта в случае чего поможет мне.
Этот голос, мягкий и ровный, сильный и в то же время полный вековой усталости принадлежал Тине, и с тех пор он всегда звучал в душе воина. Наташа вышла, предупреждающе шепнув гостям: «Не задерживайтесь».
- Ну, подойдите ближе, я долго вас ждала.
Анна осторожно опустилась на край кровати, юноша неловко уселся на пол у ее ног. Тина повернулась к ним лицом, и молодого поразила ее грустная сумрачная красота, красота поздней золотой осени. Волна темно-золотых волос обрамляла бледное, точно изваянное из мрамора лицо, но не холодным оно было, а добрым и строгим, усталым и печальным.
- Ну вот, и эта беда закончилась, - говорила Тина. – А ты красив, юноша. Твоя мать родила великого воина. Если только я не испорчу тебя своими похвалами, - она грустно улыбнулась.
- Как ты себя чувствуешь?
- Все так же. Они зря затеяли все это, - печальный взгляд скользнул по мягко мерцающим стенам. – Я сейчас только мешаю.
- Мешаешь? Командуешь всем племенем...
- Я? Командую?
- Отправила же ты вождя...
- Тебе уже насплетничали!
- Госпожа, - собрался духом юноша, - вы не можете мешать! Вы такая... Вас все так уважают, я...
- Анюта, ты учила его делу или сложению комплиментов?
- Делу. Но и такое умение ему не повредит.
- Спасибо тебе, юноша. А теперь я хочу поговорить с твоей матерью.
Ярослав коротко поклонился, с сожалением отвел взгляд от лица веды и отошел к двери.
- Спасибо и тебе, Анюта. Знаешь, я все это время ждала только вашего прихода. И так считала дни. Расскажи мне о нем.
- Он сильный, храбрый, рассудительный, иногда даже слишком. Знаешь, он никак не хотел верить в существование других миров.
- Его отец был когда-то таким же, помнишь?
- Помню, - араира опустила глаза.
- Он обрадовался тебе?
- Очень. Мне даже стало стыдно за него перед Яр... перед сыном. Он вел себя как мальчишка.
- Он и есть мальчишка. Пусть веселится... пока, - она тяжело вздохнула. – Слишком скоро ему придется быть серьезным.
- О чем ты?
- Не обращай внимания, я просто брюзжу. Вы встретили уличного певца, когда шли в этот мир?
- Откуда ты знаешь? - удивилась араира.
- Я все знаю. Что он предсказал тебе?
- Он спел пересказ «Песни о конце времен», о душах коней. А потом:
Светлые дни еще к нам вернутся.
Серебристые листья дороги устлали,
По которым уйдет твоя печаль.

Что с тобой, ты расстроена?
- Я просто знаю цену светлых дней. Во имя Неба, пусть певец будет прав, - и добавила тихо, так что Анна едва расслышала: - хотя бы теперь... Спасибо тебе, Анюта. Я рада, что все закончилось хорошо. А теперь я засну, - она медленно прикрыла глаза и, казалось, задремала.
Анна осторожно встала с кровати. Мать и сын молча вышли из комнаты.
- Как она красива! – сказал юноша, когда за ними закрылась дверь.
- Э, тише, она подруга вождя! – смеясь, предупредила его мать. – Аля, она заснула, - араира приветливо кивнула молодой девушке, поднявшейся из-за стола дежурного.
Ярослав остановился как вкопанный: перед ним стояла Тина. Те же золотистые волосы, грустные карие глаза, лишь нет вековой усталости и того груза ответственности...
- Кто ты? – вырвалось у него.
- Я - дочь Тины. Разве ты меня не знаешь? – она совершенно не смутилась его вниманием. – А кто ты?
- Я... я безымянный, - печально отозвался он, внезапно осознав всю неопределенность своего положения. Девушка-то была уже воином, эрханом, а он еще даже не школьник.
- Ну, надеюсь, имя у тебя будет, и имя громкое. Не зря ты был у матери. Как она, ей лучше? – в карих глазах мелькнула отчаянная надежда.
- Она очень хорошо выглядит. Смеется.
- Она все время смеется. Чтобы никто не видел ее боли! – девушка закрыла лицо руками и убежала, заливаясь слезами.
- Hу ты и быстр! – отвлекла сына от размышлений Анна. – Пойдем, передам тебя главе школ, посмотрим, так ли ты храбр в бою, как с девушками.

Когда Алиния справилась со слезами и зашла в комнату матери, та уже ждала ее, приподнявшись на локте:
- Они уже ушли?
- Да. Но Анна сказала, что ты спишь.
- Надо же было успокоить ее. Сходи, позови сюда братьев. Нет, я прошу именно сходить, - остановила она дочь, которая уже потянулась мыслью к знакомым огням. – Просто сходи и позови.
- Но почему?
- Аля, я прошу, не балуйся с серебром. Ты жжешь огонь попусту, а он тебе еще ой как понадобится.
Молодая, недовольно хмыкнув, вышла и через пятнадцать минут вернулась в сопровождении братьев.
- Веда искала нас? – с полупоклоном спросил Олеч.
- Да, я звала своих сыновей, - отвечала Тина, пристально глядя на девушку.
Алька фыркнула, вызывающе повернулась на каблуках и вышла, всем своим видом демонстрируя, что ей абсолютно все равно, о чем веда собирается беседовать с братьями.
- Закройтесь от нее, ей не нужно слышать наш разговор. Да и Наташе тоже, - женщина почему-то вздохнула, заговорила жестче и быстрее: - Скажите мне, вас ничто не держит в селении?
- Нет, - нахмурившись, ответил Олеч. – Мы можем уехать в любую минуту.
- Отлично. Что вам говорит имя «Асанд»?
- Очень много.
- А в сочетании с «Мхаардаама»?
- Еще больше. Мы долго спорили об этом.
- Каковы выводы?
- Скорее всего, он действительно жив, – юноша непроизвольно старался замедлить темп разговора. - Вернее, был жив до того вечера наверняка, а сейчас – вероятно. Видимо, он очень сильный противник и чем-то мешает тебе.
- Цель вашей поездки?
- Удостовериться в его существовании или смерти, выяснить местопребывание, если он жив, и по возможности решить эту проблему.
- Не стоит!
- Что так? – удивился Итор.
- Ас в самом деле сильный противник. Он изучал древние рукописи и во многом разобрался. Вам он проигрывает только в цвете, а уж опыта работы с огнями у него значительно больше, чем у вас. Потому я посылаю двоих...
- Не взять ли нам Милеша? Или Корину? – спросил Олеч.
- Нет, думаю, это лишнее. Я отправляю вас на поиск, не в бой. Не лезьте в драку раньше времени и не впутывайте в это дело девчонок.
- Значит, нам взять Милеша?
- На что он нам? – даже Итор удивился настойчивости брата.
- Нет, не стоит, ему нужно заниматься. Собственно говоря, я посылаю вас, потому что у меня нет под рукой разведчиков – они отправлены на границу, а молодые еще не обучены.
- Скоро можно ехать? – пробасил недовольный задержкой Итор.
- Хоть сейчас. Найдите благовидный предлог и поезжайте. Но сестры ничего не должны знать, помните.
- Куда ты советуешь нам направиться? – спросил спокойный, никуда не спешащий Олеч: ему предстоящая эта поездка нравилась все меньше и меньше.
- Посмотрите вокруг Атура и в Клиэне. Покопайтесь на Земле. Думаю, в мирах, где сейчас стоят отряды, его нет – он еще не готов к схватке, а Мхаардаама связан словом. У вас около сорока дней, но если что заметите, сразу возвращайтесь.
- Добро, - поднялся Итор. - Пошли седлать.
- Если хотите, возьмите Талгара.
- Это сделает нас и наш отъезд слишком заметными, - к неудовольствию брата отказался Олеч.
Юноши откланялись, звякнув мечами, и быстро вышли.
- Олеч, - окликнула веда сына.
- Я слушаю, - остановился он на пороге.
- Присмотри за братом, он слишком торопится. И не лезьте в сектор Вайерона – там чисто и опасно.
Он коротко кивнул и закрыл дверь.
------------------------------
[1] Перевод Тадора Смиарангского

Продолжение следует...

Этер

Корреспондент


Комментарии читателей


Оставьте свой комментарий

Ваше имя:

Введите число, которое видите:
   38420